Привет всем, кто читает. Эта часть последняя, и если вы не читали предыдущие, то с них и начинайте:

  1. OFFICE. Все это не имело бы значения, если бы не…
  2. OFFICE. Не сойти с ума и выдержать
  3. OFFICE. Думаешь, ты здесь самая умная?
  4. OFFICE. Ахтунг: Русиш в Германии
  5. OFFICE. Те, кто уходит, и те, кто остается.

 

– Компания “ЛеониД”, Лейсан. Слушаю.

– Алло, меня зовут Геннадий Копытцев, компания “Политруб”. Девушка, мы изготавливаем гофротрубку и хотим с вами работать.

– Хорошо, скиньте на почту перечень трубок и цены.

– Девушка, вы не поняли. Я вам щас пришлю письмо от Бородина, а вы позвоните Ихсановой, и она вам скажет, что нужно С НАМИ работать.

– Ху из Ихсанова? И вообще, почему вы мне указываете, что делать?

– Вы хоть понимаете, с кем разговариваете?

– С Геннадием Копытцевым из “Политруб”?

– Я буду жаловаться вашему руководителю!

– Добавочный 666. До свидания.

Через день ко мне подойдет Босс Чингиз Дурманов, мой последний рукль в логистике в “ЛеониД”, и скажет, что потенциальные поставщики ему жалуются. А я скажу, что пусть они хоть Путину в прямом эфире жалуются, поставщик из девяностых – не уровень “ЛеониД”.

С Чингизом работать лично мне хорошо: он какой-то «свой», не пытается прессовать и морально надо мной довлеть. С 2014го года практически весь состав логистики поменялся, и я чувствовала себя слишком окостенелой, чтобы прогибаться под меняющихся с каждым годом руклей. 

Мы пришли с ним в «ЛеониД» примерно в одно время с разницей в несколько месяцев. Он был инженером, с которым мы на пару провернули несколько проектов. Мы неплохо ладили на протяжении нескольких лет – ровно до того момента, когда я очень зря послала его во время инвентаризации. Впрочем, на то у меня были причины, о которых знаем только мы и те, кто был вовлечен непроизвольно. Я же тщетно пыталась стереть из памяти этот момент, и, не найдя покоя, через полгода оставила ему на столе извинительную записку. Вроде, отпустило.

Чингиз так бы и остался, может, инженером, если бы не проект «сивихуяй». Проект был стратегическим и крайне важным для завода, ответственность и объемы работы чуть не довели Чингиза до самоувольнения от перенапряжения, работы без выходных, работы из дома и по вечерам в офисе. 

После увольнения Куни несколько месяцев (а то и полгода?) мы существовали без рукля. И по магическому стечению обстоятельств инженер Чингиз как раз им стал. Нам было на руку – хотелось стабильности, хотелось видеть адекватного человека, наконец, и кого-то, кто понимает наши заводские процессы. Короче, выбор был без выбора, и на тот момент это было единственно верное решение менеджмента.

У Чингиза был нормальной степени волшебный щит, и настроение в логистике стало более или менее стабильным. 

Оговорка на более или менее в данном контексте важна. Когда Чингиза прорывало, мы беспокоились: не хватало только, чтобы еще один менеджер ушел по той же причине, что и другие.

Мне хоть и было параллельно к тому времени на многое, Чингизу я была готова помогать – только бы он не ушел раньше меня.

Пока мы разбирались по проблеме моего недружеского разговора с “Политруб”, кто-то разогрел рыбу на кухне, рядом с которой я сижу. Если вы не знаете, как пахнет разогретая в микроволновке рыба – понюхайте мужские носки после долгого рабочего дня.

Не выдержав, я повесила записку «прошу не греть рыбу». По неизвестным мне причинам, подумали на Артема (он вроде возле кухни-то не сидит), и даже высказывали ему, что нефиг вешать записки. Он по неизвестным причинам ответил, что нефиг греть рыбу.

У проекта «сивихуяй» был руководитель, закрепленный за нашим заводом: Мистер Крабс.

Помните тот момент, когда в Офисе в Германии я подошла к Шиве и (о боже, почему это так по-дурацки звучит?) пригласила его на ужин? Мистер Крабс сидел напротив. Только я его не заметила, ну совсем – он и по жизни-то немного полупрозрачный. Потому, когда он приехал к нам на завод и передал привет от Шивы, я огорошила его вопросом «А вы что, коллеги?». «Вообще-то мы еще и лучшие друзья. И да, мы сидим друг напротив друга, если ты меня в прошлый раз не заметила». «Не, не заметила. Ну да лан». 

Держался он уверенно и хорошо говорил во время совещаний. Умные люди в основном мне нравятся, но не Мистер Крабс. У него всегда находился повод к чему-то придраться в моей работе: не такая этикета на стеллаже, не такой компонент не на том пролете, почему колодка класса А стоит на полке класса С, и фиг ему объяснишь, что сегодня это класс С, а завтра снова А, потому что клиент не определился, а я не регулирую его заказы. Откровенно говоря, он меня бесил.

Тем не менее, в один из его приездов я согласилась на прогулку. Без особого желания, скорее, из уважения к Шиве, ведь друзья моих друзей – мои друзья? Мы сходили в Спортик, купили ему кроссовки, я заодно отдала все свои дофига бонусов (они все равно уже сгорали, но сам факт!). 

В кафе Мистер Крабс не помог даже снять кофту и тем более не собирался угощать. Шатаясь по улицам весь вечер, мы решили зайти в магазин. Как обычно, я встала слева, чтобы дверь открыли. Крабс спросил, чо встала. Я ответила, что жду, пока он откроет дверь. Этот немец ответил мне: «А я должен?». После чего я развернулась и пошла прочь. «Вот же ж нахал! Что это вообще было?!» – негодовала я. «Да чтоб хоть еще раз!»

Давай до свиданья!

На следующий день я даже видеть его не желала, не поздоровалась в ответ и не ответила ни на одно сообщение в мессенджере. Мое мнение о нем сложилось.

В следующий приезд зимой Крабс снова захотел вытащить меня куда-нибудь. Я с радостью согласилась.

Стоял мороз. Я оделась потеплее, а он приехал в одних тонких джинсах и осеннем пальто. Мы пошли гулять в парк, и, заведя в дебри, я выгуливала его до тех пор, пока у него от холода не начали синеть губы. Теперь мы были квиты. 

Когда, заходя в кафе, он открыл мне дверь, я даже его почти простила.

 

Каждое мое рабочее утро начиналось с поиска места для парковки. На улице оставлять машину не хотелось, а заказывать место на парковке не хотелось еще больше – последние два года, как раз когда у меня появилась машина, я жила с мыслью о том, что уже пора увольняться, и выжидала момент. Я понятия не имела, какой день станет последним в компании, потому проблему решала по мере поступления – ежедневно. 

Пропуск, конечно, распечатала на принтере – я ж дочь российского бизнесмена, все-таки, и законы о выживании и приспособлении мне не чужды, разве что я не причиняю кому-либо этим очевидный вред.

В течение года я ставила машину на место отсутствующего по большей части коллеги, но однажды этому пришел конец: его место отдали другому человеку. И тут началось мое кочевание: то на место того-то – он щас в отпуске, то на место этого – он сегодня без машины. То на место того дяди, который из соседней фирмы: когда я проходила мимо, он как раз говорил кому-то, что уезжает в командировку на целый месяц. Потом я вконец обнаглела и оставляла машину на развороте для типографских машин.

Как-то, выходя из машины, я набрела на Бугая – короля местной парковки. Он взял мой пропуск, повертел в руках. Я наблюдала – вроде, не заподозрил. «Почему не проезжаете на свое место?» – «Опаздываю». Это было правдой. На работу я опаздывала в 80% случаев – считала, что лучше опоздать, чем пересидеть на работе, на которую итак жалко времени. «Езжайте отсюда. И чтобы я вас больше здесь не видел. Типография жалуется, что вы постоянно им мешаете». Я перепарковалась на рандомное пустое место.

Спустя месяц я снова стала парковаться на развороте и через пару недель снова получила выговор от того же Бугая. «Я вас запомнил, девушка, если еще раз так сделаете, отберу пропуск».

В последние месяцы мне повезло с парковочным местом моей коллеги – она приезжала на машине только по средам. Проблема была решена до лета, оставались только среды. 

Как-то на обеде я познакомилась с директором той самой типографии – мы обедали в  кафе за соседними столами. Через пару дней за ужином вопрос с парковкой на развороте был решен.

С тех пор меня по средам меня не трогали.

Заходя на территорию завода, я вежливо интересовалась, как прошла смена у охраны, выслушивала новые истории из жизни этих на вид необщительных людей. Проходя мимо производства, ловила косые взгляды тех, кто уже отстоял всю утреннюю летучку, в то время как я еще только поднималась по лестнице.

 

Обычно в десятиминутный перерыв в 10 часов я мчу в столовку, и, как всегда, попадаю в очередь. Но это не по мне, потому я подныриваю под шторку у раздачи и подначиваю коллег-инженеров взять мне еду. Хозяин не доволен – создаю шумиху.

«Колбасу давай! А нет, там канцерогены! Она ж жареная, о чем я только думаю! Давай кашу! Перловую! Да неее, это что, перловая? Фу, плохо выглядит! Я передумала, давай пшенку!» А на кассе тетя Женя привычным голос говорит: «Пинкод, зелененькая». Каждое утро «Пинкод, зелененькая». Как-то она призналась, что  временами просыпается по ночам со словами «пинкод, зелененькая». Без шуток.

После перерыва у нас совещание на тему потерянных компонентов, по этому случаю собрались логисты и производственники.

– Потеря компонентов на производстве в этом месяце составила дофига рублей.

– Ну ничего себе!

– Капец!

– Как так можно?

– Это потому что вы не вовремя привозите компоненты, и мы заменяем одни другими.

– И еще потому что вон тот вот человек не списывает их вовремя!

– Давайте придумаем решение.

– Давайте.

– Логисты ответственны за все движения материалов, значит, логистика, вот вы и думайте!

Так и разошлись.

После совещания я решила выйти на улицу. Уже который раз на выходе  меня встречает мужчина лет пятидесяти пяти в синей спортивной шапочке из семидесятых. Он прищуривает глаза и щелкает языком, мол, издает сигнал самца. А потом спрашивает: «А до скольки вы сегодня работаете?».

Во время прогулки меня догоняет другой мужичок лет шестидесяти, желающий познакомиться. Имени я так и не запомнила, зато теперь знаю, что он работает в типографии, а по выходным с 1998 года собирает деревянный самолет. А еще у меня есть три его номера телефона. Три. Он сам на бумажке принес.

На следующий день дядя-самолетостроитель догнал меня снова, а через день догнал еще раз. Мне пришлось поменять маршрут и гулять за забором. А вот цыкающий мужичок в синей шапочке доставал меня до последнего дня работы.

Тут я забеспокоилась, что в неполные 29 ко мне клеются очень взрослые мужчины. Они везде: в столовой, в кафе, в подъезде. Что за черт? 

Мои мысли, высказанные с негодованием вслух коллегам, перебил звонок от проджект менеджера:

– Лейсан, через месяц отгружаем жгуты по новому проекту, есть компоненты?

Смотрю. Компонентов нет.

– Компонентов нет!

– Надо привезти.

– За две недели?

– Ну да.

– Ну, удачи.

– Проект перспективный, очень надо.

– Так их еще изготовить надо, я не родильная машина для компонентов.

– А сколько времени надо?

– Месяца два.

– Ну, надо раньше.

Проджект менеджеру все время приходится от меня выслушивать. Если бы не его ангельское терпение, любой другой на его месте бы уже давно отправил меня к чертям за то, как бурно я выражаю свои мысли по поводу безалаберного планирования клиента, нашей чрезмерной гибкости перед ним. ПМ же более чем сдержан всегда, несмотря на свою позицию между моим молотом и наковальней клиента. Не знаю, как ему это удается, но это достойно уважения.

Последний мой месяц пройдет в поиске компонентов, и каждый день я буду отвечать на вопрос: «Ну что, они уже едут?», а каждое мое письмо будет начинаться с фраз «Я знаю, знаю, срок изготовления составляет 6 недель, но не могли бы вы изготовить за две? А за неделю?» И продолжаться в переписке объяснениями: «Я все понимаю, нет, это не я, не я дебил. Мы с вами уже 10 лет в бизнесе, пожалуйста, изобретите способ изготовить побыстрее. Проект вот-вот стартует, времени нет!». 

Новеньким я звонила: «Да, мы работаем с вами впервые, и нам очень надо получить ваши компоненты. Не можете? А не могли бы в переключить на руководителя? А на директора? Уважаемый директор! Проект стратегический, это ж **МАЗ! На вас смотрит вся страна!».

Те, кто работает в закупках и логистике – все немножко маги. Достать несуществующее, выполнить невыполнимое, привезти вчера – это норма дня, а не исключение из правил. Такое выдерживает не каждый. 

И хоть в последнее время я везла компоненты только под новые проекты, не касалась серийной рутины, все равно чувствовала, что интерес уже не тот, время мое в “ЛеониД” подходит к концу. Большинство выполняемых в течение дня заданий вызывали раздражение своей бесполезностью в рамках жизненного масштаба: они уже не приносили новый опыт, не выводили на другой уровень, я застаивалась и скисала.

Еще за полгода я начала потихоньку настраивать Чингиза на то, что в скором времени в логистике меня не будет. Мне откровенно не работалось. Бывало, целые дни я проводила за раздумьями о том, как вообще моя жизнь оказалась такой пресной и выцветшей. Я плевала на свои обязанности, на то, что статистику посещения сайтов просматривали. Знала, что невооруженным глазом заметно мое безделье, и на это я тоже плевала с высокой колокольни. Надо было что-то решать. Но уйти легко, вопрос – чем заняться на новом месте? Да и на каком таком новом месте? Не все ли то же самое ждет меня в любой другой компании?

В апреле, чувствуя неминуемое приближение конца, я сообщила Чингизу у о своем решении покинуть ЛеониД сразу после своего дня рождения, 18 мая. 

Надвигались новые проекты, и я чувствовала, что сил моих потянуть их нет – надоело. И с таким настроением мне с ними качественно не справиться, а абы-как – не по мне.

Чингиз воспринял мой уход спокойно – он был готов. На своем месте я видела, конечно, Арину. У Чингиза были другие мысли, но моя взяла. Не представляю, почему мне это было так важно. Так, казалось, просто правильно.

Пришло время уйти без эмоций, без обиды и лишних слов. Естественно, я переживала, 4 года – немалый срок для меня. 

Кроме работы я покидала свой город и дом. Последние двадцать дней были проведены за разбором вещей: раздаривала, продавала, относила в пункты приемы одежды, выкидывала, отмывала, перетаскивала, упаковывала, перевозила. Четкого плана дальнейших действий у меня не было: ни куда ехать, ни что делать, ни где жить. Это пугало меня до смерти. Но возбуждало больше.

Единственное, что успокаивало – счет в банке. Некоторое время я могла себе позволить не думать о том, как я буду существовать. Потому было решено, что «подумаю об этом завтра», и буду решать проблемы по мере поступления. К тому же, я полагала, что, оказавшись в некомфортных условиях отсутствия заработка, у меня включатся заржавевшие за стабильностью механизмы выживания, которые помогут ответить на больнючие вопросы. 

В этом я, кстати, не ошиблась.

Я часто представляла себе, как будет выглядеть последний рабочий день. Но представлять и быть в нем – две разные вещи.

Взяв обходной, я пошла собирать подписи. Мой дорогой друг Артем, который все эти годы грозился мне его не подписать, ухмыльнулся: «Вот и настал этот день». Вдруг я не отпустила шутки, не съехидничала, не ляпнула ничего в ответ. В горле застрял ком, на глаза навернулись дурацкие слезы. Молча протянула листок. 

Я в своей картинке из головы. Да неужели это так? Что же теперь будет? Что я делаю?!

Отвернувшись, не желая показывать слабость, я вышла из кабинета, направившись сдавать обходной кадровикам. И все же меня прорвало, и Надя, светлая девушка Надя, что-то говорила мне, успокаивая, а я ей кивала, но понимала одно: человек редко к чему-то полностью готов. Даже думая, что он готов.

Прощальные письма я отправила только некоторым людям из Офиса. Долго думала, что написать в письме всему заводу в лучших традициях «ЛеониД». Благодарна? Большое спасибо? Было приятно поработать, ну, я пошла? Все как-то не про меня. Начиная писать, я чувствовала, как раскручивается спираль моих мыслей, и вскоре стало понятно, что прощальное письмо я не напишу.

Лучше уж опишу подробно, что я чувствовала в каждой ситуации, расскажу о происходящем так, как это видели мои глаза. Поделюсь мыслями, переосмыслю ситуации. Конечно, все, что я здесь описываю – не истина в последней инстанции, а лишь мое восприятие. 

В последние дни я приставала к коллегам с вопросом: «Ну давайте вспомним что-нибудь прикольное! Я хочу и смешное написать!». Одни отвечали: «Отстань. Это не про “ЛеониД” и вообще не про нас», другие просто отмалчивались.

Что ж это за унылое место? И что я тут делаю??? Бежать быстрее?

Не смотря на то, что я наелась говна за четыре года, у меня не осталось злости. Как после универа – спустя годы испытываешь благодарность только к преподам, содравшим с тебя семь шкур.

Понимаю, что менеджеры и специалисты находятся по разную сторону баррикад. Задача первых – достичь целей, поставленных сверху, ну и профита. Задача вторых – просто делать свою работу, не особо напрягаясь о завтрашнем дне, да и в целом не особо напрягаясь. Отсюда берет начало многое. Но некоторым менеджерам этим не оправдаться.

Многие из тех, с кем я изначально воевала, стали мне более понятны и симпатичны. 

Многие из тех, с кем я дружила, показали свои истинные лица, и они не всегда были приятны. 

Уже не инженер, а директор Падишахов, взял мои коробки и донес до машины. Не хватало только цветка в горшке и семейной фотографии в рамке. 

Вот и закончилось все.

Занавес.

 


 

Я, как обычно в последнее время, в пути. 

Слава Богу, теперь могу позволить себе гибкий график – такой, какой определю себе сама. Планов много, отсутсвие стабильности теперь не пугает. Наоборот, страшно надолго задерживаться в одной точке. Мне передают, что слышали, что я в Италии – уже нет. В Новороссийске? Уже тоже нет. В Ставрополье – конечно, нет… В Кабардино-Балкарии? Уже и там меня нет. Потому, не знаю, в каком месте этой планеты я буду находиться точно, когда вы прочитаете это. Пусть каждая часть этой писанины найдет вас в добром здравии и трезвом уме. 

Ну,

я пошла. 

 

А нет, напоследок: 

как-то раз я оказалась на дне рождения родственника одного нашего менеджера. Произнося тост, менеджер сказал: 

«Всегда добивайся цели. 

И НЕ БОЙСЯ ИДТИ ПО ГОЛОВАМ!».

Все-таки, делать мне с такими в одном пространстве нечего. 

Вот и все! Вот и все!

Всем спасибо, всем пока.

Regards,

Лейсан

Человек, променявший корпоративное болото на море свободы.

 

PS Судя по статистике посещения сайта, читателей много. Хоть приветы напишите –  буду рада услышать!

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Facebook
Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Яндекс
Categories: OFFICE

4 комментария

  1. Алия Хасаншина

    29.08.2018 at 23:21

    Леся, очень интересный рассказ!
    Спасибо, что поделилась.
    Привет тебе, где бы ты не находилась!)

    1. Leysan Berezina

      30.08.2018 at 00:26

      Привееет!!! Спасибо за фидбек, и за привет спасибо!

  2. Эльмира Павлова Гашимова

    02.09.2018 at 22:45

    Дорогая, это получилось мега круто!!! Так здорово видеть рассказ, который читала в драфте))) как всегда – на одном дыхании!!! Жду в Челнах:-)

    1. Leysan Berezina

      03.09.2018 at 23:05

      Спасибо) Для начала пойдет) В эпистолярии мне руку еще набивать и набивать

Leave a Reply

Войти с помощью: 

You Might Also Like